Сестра милосердия - Соломатина Наталья

11:00 12 мая 2024
75
Поделиться
Поделиться
Запинить
Лайкнуть
Отправить
Поделиться
Отправить
Отправить
Поделиться

Мы продолжаем публикацию материалов о наших земляках – участниках Великой Отечественной войны, которые внесли свой вклад в наше светлое будущее, отстояв свободу и независимость нашей Родины

 

Соломатина Наталья Андреевна окончила семь классов Ивантеевской школы, и началась война. Когда пришла повестка из военкомата в 42-м, она училась на ветврача.

«До скотины ли тут дело, - сказали ей, - нам очень нужны медики».

Дома не отпускали на фронт, так как там уже были два ее брата. Когда увозили Наташу, мать упала замертво. Перед отправкой мама сильно плакала, крестила Наташу, а провожая, сняла с себя крестик и силком надела на дочку: «Будешь жива - свидимся. Буду молить Бога за тебя».

Это были ее последние слова. Наталья Андреевна до конца своей жизни винила себя в том, что погубила мать. Ведь столько переживаний выпало на ее долю.

Дома ждали писем, а треугольники порой терялись в дороге и не доходили, ведь весточки посылала дочь из самого пекла.

Наталья на фронте была сестрой милосердия. «Сестричка» - так ласково называли ее бойцы. От этих маленьких, шустрых девчонок, пугающихся свиста снарядов, зависели тысячи жизней. Да, они закрывали глаза и уши, чтобы не видеть и не слышать войну, но при этом забывали о страхе тогда, когда со всех сторон слышали: «Помоги, сестричка».

Они собирали раненых, несли их на себе в полевой госпиталь, хотя груз иногда был очень тяжелым. И на плащ-палатках оттаскивали солдат ползком, цепляя особый ремень, который намертво скреплял ношу за спиной. Накладывали жгуты, делали перевязки, ассистировали при операциях. Были сиделками, врачами, не имея при этом никакого специального медицинского образования.

От Воронежа до самого Кенигсберга прошла отважная девушка. Ей не раз говорили, что родилась она в рубашке. Вокруг гибли люди сотнями, тысячами.

Под Курской дугой земля была устлана телами наших солдат, порой казалось, что это конец, никогда не будет просвета, так и будет литься кровь. Но уже в войне был перелом, все дальше и дальше гнали врага на Запад.

Наталья теряла близких, дорогих и любимых. Один из спасенных ею бойцов стал для нее ближе, чем кто-либо. Она выходила его в госпитале, а через несколько месяцев он был убит на передовой.

Спасти ребят удавалось ненадолго. Они снова шли в бой, писали восхитительные, полные жизни письма. И умирали.

Смерть всегда дышала в затылок сестричке, леденила сердце и душу. Под Кенигсбергом ее сильно контузило. В родном госпитале ее вновь назвали счастливицей, а подружку так и не нашли, бомба разорвалась рядом с ними.

Пахло весной, на деревьях набухали почки, позади были Киев и Прага, а уже в Чехословакии настигла девчат весть о Победе. Никто не верил, что уже все, отвоевали. Домой пришло письмо от Наташи: «Жива и здорова. Была в наших краях, проезжала мимо». Отец не мог понять, неужели нельзя было заглянуть.

На тот момент Наталья в числе других медсестер сопровождала в Сибирь тяжелораненых солдат, тех, кого война покалечила особо, и они остались без рук и ног, а кто и без памяти. Проезжали тогда мимо дома, но строго было - так и не отпустили.

18 мая только пришла весточка от нее: «Встречайте в Пугачеве».

Приехав на родину, одна растила дочку, стараясь забыть все ужасы и кошмары войны. После возвращения Наталья Андреевна работала санитаркой в больнице. Ее дочери Валентине, видно, передалось милосердие от матери в наследство, она стала фельдшером.

… Натальи Андреевны давно уже нет в живых, но память о ней до сих пор живет в сердцах благодарных потомков.


ОК